Неточные совпадения
Вечерами Самгин
гулял по улицам
города, выбирая наиболее тихие, чтоб не встретить знакомых; зайти в «Наш край» ему не хотелось; Варавка сказал о газете...
По площади ненужно
гуляли полицейские, ветер раздувал полы их шинелей, и можно было думать, что полицейских немало скрыто за торговыми рядами, в узких переулках Китай-города.
Над
городом, среди мелко разорванных облаков, сияло бледно-голубое небо,
по мерзлой земле скользили холодные лучи солнца,
гулял ветер, срывая последние листья с деревьев, — все давно знакомо.
Все это Самгин припомнил вечером,
гуляя по знакомым, многократно исхоженным улицам
города.
— Нашел на ком спрашивать! На нее нечего пенять, она смешна, и ей не поверили. А тот старый сплетник узнал, что Вера уходила, в рожденье Марфеньки, с Тушиным в аллею, долго говорила там, а накануне пропадала до ночи и после слегла, — и переделал рассказ Полины Карповны по-своему. «Не с Райским, говорит, она
гуляла ночью и накануне, а с Тушиным!..» От него и пошло
по городу! Да еще там пьяная баба про меня наплела… Тычков все разведал…
Когда жили в
городе, мы каждый день учились, только
по воскресеньям и
по праздникам ходили
гулять и играли с братьями. Один раз батюшка сказал: «Надо старшим детям учиться ездить верхом. Послать их в манеж». Я был меньше всех братьев и спросил: «А мне можно учиться?» Батюшка сказал: «Ты упадешь». Я стал просить его, чтоб меня тоже учили, и чуть не заплакал. Батюшка сказал: «Ну, хорошо, и тебя тоже. Только смотри: не плачь, когда упадешь. Кто ни разу не упадет с лошади, не выучится верхом ездить».
Восточная Сибирь управляется еще больше спустя рукава. Это уж так далеко, что и вести едва доходят до Петербурга. В Иркутске генерал-губернатор Броневский любил палить в
городе из пушек, когда «
гулял». А другой служил пьяный у себя в доме обедню в полном облачении и в присутствии архиерея.
По крайней мере, шум одного и набожность другого не были так вредны, как осадное положение Пестеля и неусыпная деятельность Капцевича.
И вспоминал, у кого в
городе есть подходящие невесты. Бабушка помалкивала, выпивая чашку за чашкой; я сидел у окна, глядя, как рдеет над
городом вечерняя заря и красно́ сверкают стекла в окнах домов, — дедушка запретил мне
гулять по двору и саду за какую-то провинность.
— Показал маленько, — отозвался Зиновий Алексеич. — Всю, почитай, объехали: на Сибирской были, Пароходную смотрели, под Главным домом раз пяток
гуляли, музыку там слушали,
по бульвару и
по Модной линии хаживали. Показывал им и церкви иноверные, собор, армянскую, в мечеть не попали, женский пол, видишь, туда не пущают, да и смотреть-то нечего там, одни голы стены… В
городу́ — на Откосе
гуляли, с Гребешка на ярманку смотрели,
по Волге катались.
Кроме дней обрядных, лишь только выдастся ясный тихий вечер, молодежь, забыв у́сталь дневной работы, не помышляя о завтрашнем труде, резво бежит веселой гурьбой на урочное место и дó свету водит там хороводы, громко припевая, как «Вокруг
города Царева ходил-гулял царев сын королев», как «В Арзамасе на украсе собиралися молодушки в един круг», как «Ехал пан от князя пьян» и как «Селезень
по реченьке сплавливал, свои сизые крылышки складывал»…
Я останавливался в прекрасном отеле"Las Quatoras naciones", осматривал
город,
гулял по его красивому бульвару Ramble, но заживаться не мог, да и не хотел, потому что действительно был очень утомлен и о швейцарской водолечебнице мечтал, как о"возрождающей купели".
Перед тем как меня снаряжали в студенты, я прощался с моим родным
городом, когда мы вернулись из деревни к августу, к ярмарочному времени. И весной, когда я
гулял с сестрой
по набережной и нашему «Откосу», и теперь на прощанье я подолгу стаивал на вышке, откуда видно все Заволжье, и часть ярмарки, и Печерский монастырь, и слева Егорьевская башня кремля.
— Вот там за пригорком
город. А это вот грабник.
По праздникам сюда ходят
гулять…
Это был первый «агитатор», которого я увидел в своей жизни. Он прожил в
городе несколько дней, ходил
по вечерам
гулять на шоссе, привлекая внимание своим студенческим видом, очками, панамой, длинными волосами и пледом. Я иной раз ходил с ним, ожидая откровений. Но студент молчал или говорил глубокомысленные пустяки…
Пантелей-государь ходит
по двору,
Кузмич
гуляет по широкому,
Кунья на нем шуба до земли,
Соболья на нем шапка до верху,
Божья на нем милость до веку.
Сужена-то смотрит из-под пологу,
Бояре-то смотрят из
города,
Боярыни-то смотрят из терема.
Бояре-то молвят: чей-то такой?
Боярыни молвят: чей-то господин?
А сужена молвит: мой дорогой!
— «Как во старом было
городе, — начал он, — в Новегороде, как во том ли во Новегороде, со посадской стороны, жил Акундин-молодец, а и тот ли Акундин, молодой молодец, ни пива не варил, ни вина не курил, ни в торгу не торговал; а ходил он, Акундин, со повольницей, и
гулял он, Акундин,
по Волхву
по реке на суденышках.
Он однажды пошел
гулять со мною
по Нескучному саду, был очень добродушен и любезен, сообщал мне названия и свойства разных трав и цветов и вдруг, как говорится, ни к селу ни к
городу, воскликнул, ударив себя
по лбу: «А я, дурак, думал, что она кокетка!
Слышно, что кое-где
по городу гуляют какие-то прокламации, под названием «Великорусс» и «К молодой России», но видеть их самому еще не приходилось, а толки-то — толки об этом предмете идут горячие и нескончаемые!
Менее всего был похож на сатану этот человек с маленьким, дряблым личиком, но было в его гусином гоготанье что-то такое, что уничтожало святость и крепость тюрьмы. Посмейся он еще немного — и вот развалятся гнилостно стены, и упадут размокшие решетки, и надзиратель сам выведет арестантов за ворота: пожалуйте, господа,
гуляйте себе
по городу, — а может, кто и в деревню хочет? Сатана!
По вечерам он уходил
гулять, и всегда его манило за
город.
Мы жили на Большой Дворянской — это была главная улица в
городе, и на ней
по вечерам, за неимением порядочного городского сада,
гулял наш beau monde.
В гости Червев никогда ни к кому не хаживал:
гулял он обыкновенно около часа за
городом по выгону, а потом возвращался назад в училище и «списывал себе что-то из одной книги в другую».
Пантелей государь ходит
по двору,
Кузьмин
гуляет по широкому,
Кунья на нем шуба до земли,
Соболья на нем шапка до верху,
Божья на нем милость до веку.
Сужена-то смотрит из-под пологу,
Бояре-то смотрят из
города,
Боярышни-то смотрят из терема.
Бояре-то молвят: чей-то господин?
А сужена молвит: мой дорогой!
Все мои уверения и доказательства в важности приобретения Кавалера, в необычайности события, что он залетел в середину большого
города, что я пошел без всякий причины
гулять по жару в овраги, — дядька мой выслушал с совершенным равнодушием.
Это было строгое наказание, так как девочек водили
гулять по лучшим улицам
города, a иной раз в городской сад, где всегда играла военная музыка и где было шумно и весело.
В деревне почти так же невыносимо тошно и грустно, как и среди интеллигенции. Всего лучше отправиться в трущобы
городов, где хотя всё и грязно, но всё так просто и искренно, или идти
гулять по полям и дорогам родины, что весьма любопытно, очень освежает и не требует никаких средств, кроме хороших, выносливых ног.
Ее отвели тогда на середину реки, закрыли брезентами со стороны
города, и мы,
гуляя по палубе за решетками, старались приподнять брезенты и полюбоваться на красивый
город с его крутой и высокою горой.